15:46 21 ноября 2022 ID (27249)
Председатель Саратовского регионального отделения «Партии Дела» Олег Комаров - о нюансах экономической ситуации в России и ее отдельных регионах в преддверии нового, 2023 года.
- 2022-й год подходит к концу и через месяц мы будем подводить его итоги. Предварительно хочу сделать несколько замечаний и наблюдений о текущем положении вещей. В первую очередь трудно, конечно, не заметить прохождения явной рецессии в российской экономике. Эту экономику условно можно назвать «новой», потому что существует и выживает она в довольно непростых, если не сказать, экстремальных условиях изоляций и ограничений, в условиях небывалого мирового вызова.
По данным Минфина, прошедший октябрь показал 20% падения поступления в казну налогов (в годовом выражении). Но не экспортных налогов, которые пока еще держатся до введения Западом против нас полного эмбарго, а тех налогов, которые не связаны с добычей и экспортом нефти и газа. Примерно на 8% сократились поступления ключевого налога – НДС. Обвалились на 26% и сборы налога на прибыль. По итогам 3-его квартала в целом российский ВВП просел на 4%, а в четвертом квартале спад прогнозируют вообще до рекордных 7,1%.
Однако, есть и хорошие цифры. Так, октябрь бюджет России «закрыл» с профицитом. Собрано было в виде налогов 2,4 трлн рублей налогов, а потрачено только 2,327 трлн рублей. Остаток в казне - 73 миллиарда рублей, что говорит о главном: деньги у нас еще есть. И задача нынешнего этапа – использовать оставшиеся ресурсы крайне мудро и осторожно, поскольку мир вползает в «идеальный экономический шторм», о чем предупредил первый вице-премьер Андрей Белоусов. К счастью, мы научились за годы работы в каких-никаких рыночных условиях находить выходы из, казалось бы, самых тупиковых ситуаций.
Другой вопрос, что при всем опыте и расторопности федеральной экономической власти она вынуждена считаться с принимаемыми в регионах, на местном уровне, решениями. А они бывают весьма странными и не сильно обдуманными с социально-экономической точки зрения. Вот последний пример из Саратовской области, где региональное руководство снова решило резко поднять сборы с населения, что есть, как известно, самый простой и тупиковый путь решения проблем, только разгоняющий инфляцию, раздражающий людей, плодящий иждивенцев в системе ЖКХ.
На фоне того, что областное правительство берет очередной кредит на 4 млрд рублей, все туже затягивая долговую финансовую петлю на региональной экономике, наши чиновники решили хоть как-то поправить дела, подняв сборы на так называемый «капремонт» почти на треть, в реальности - более, чем на 27%. Дескать, размер взносов не повышался аж 8 лет и теперь – вот вам, бабушки, и Юрьев день…
Конечно, мы понимаем, что расходы коммунальщиков растут за счет общего повышения цен на стройматериалы, ресурсы, услуги по стране. Но решать их проблемы за счет населения, у которого доходы явно не растут, а продолжают падать год от года – лучший ли это пример социальной политики со стороны региональных чиновников?
Ведь только за один 3-й квартал доходы россиян снизились на 3,4% по сравнению с тем же периодом 2021 года, как сообщает Росстат. Медианная зарплата по стране едва дотягивала осенью до 40 тысяч рублей – при таких-то растущих ценах! И все это выглядит тем более грустно на фоне грядущего декабрьского внепланового повышения коммунальных тарифов.
Это какие-же цифры в платежках увидит народ в январе 2023-его после новогодних застолий? Не пора ли притормозить наращивание тарифов в угоду коммунальным дельцам? Хорошо бы научиться искать источники доходов в развитии малого и среднего бизнеса, здоровой конкуренции. Не пришло ли время грамотных и эффективных государственных инвестиций в производящий, а не спекулятивный сегмент экономики?
Но вернусь к федеральной повестке. Здесь, кстати говоря, правительство РФ предпринимает куда более разумные экономические меры для выправления ситуации с выпадающими налоговыми доходами бюджета. Деньги изымаются не только с населения за счет роста коммунальных и иных тарифов, но и распечатываются резервы того же «Газпрома». Этой, явно небедной организации, предписано выплатить бюджету России более 1,24 трлн рублей в виде надбавки к НДПИ.
Как сообщают федеральные СМИ, «общие нефтегазовые доходы подскочили почти вдвое и составили почти 1,3 трлн рублей в октябре против 688,2 млрд в сентябре». Однако, это неустойчивая тенденция. Прошло резкое сокращение почти до нуля поставок европейским странам. А грядущее полное нефтяное эмбарго ЕС, скорее всего, заставит нас тратить годами накапливаемые финансовые и ресурсные резервы, причем, из тех, что не попали под западные санкции и «замораживания».
Эксперты-пессимисты из ВТБ, например, говорят, что в бюджете 2023 года будет, скорее всего, зиять финансовая «дыра» где-то до 4,5 трлн рублей. И если это окажется правдой - то чем же мы будем данную дыру закрывать? И не пора ли государственным чиновниками «пощипать» все остальные монополии, в том числе и сырьевые, чтобы не снимать с народа последнюю рубашку?
Но что же по большому счету способно остановить неприятную для страны тенденцию снижения доходов бюджета, замедления экономики в целом? Я лично согласен с теми аналитиками и экспертами, кто говорит, что нам надо преодолеть результаты системного социально-экономического кризиса 2012-2019 годов, который развивался еще до пандемии и начала СВО.
В самом деле – разве мы не наблюдали в последние годы все более настойчивые попытки создать механизмы, так сказать, экстремального налогообложения населения и малого бизнеса? И речь идет не о простом постоянном повышении налогов, цен и тарифов для населения и МСБ. Речь еще и о том, что при постоянном понижении реальных доходов, по сути, люди и бизнес облагаются как бы дополнительным налогом. Его можно назвать «налогом на модернизацию страны», потому что высшие экономические чиновники хотят и хотели сберечь свои финансовые кубышки (фонды), они активно пытались модернизировать и развивать страну и экономику за счет снижения доходов массы людей и мелкого предпринимательства. Но это получается не слишком удачно: народ беднеет, экономика стагнирует.
Конечно, до снижения уровня жизни, каким он был в 90-х, еще далеко. Видимо, поэтому руководили, особенно регионального уровня, что называется, не чешутся. Они видят резерв финансовой прочности у населения, видят, что «еще можно стричь» - чем с удовольствием и пользуются. Но всему есть предел, и он уже виден. Что будет, когда и эти резервы закончатся, малый и средний бизнес окончательно загнутся, а некоторые крупные предприятия восстановить не удастся? Что будет с массовой безработицей, товарным наполнением рынков?
Конечно, все эти вопросы стоят пока не так остро и их решение переходит на грядущие годы. Однако, надолго конкретные реформаторские действия откладывать больше нельзя. Вызовы новой экономике РФ сегодня выглядят слишком серьезными, чтобы мы могли обойтись полумерами.
Олег Комаров