Владимир Шаповалов: «Голодовка - не единственный способ достучаться до власти»

В саратовской филармонии артисты ансамбля «Балаган» объявили голодовку в знак протеста против грядущего сокращения штатной численности своего коллектива. И тем самым способствовали отставке директора учреждения Елены Ченченко.

В Пугачевском районе назрел конфликт между хором «Надежда» во главе с Людмилой Соловьевой и руководителем Городского дома культуры Натальей Разумовой. Хористы сообщили о готовности начать голодовку из-за притеснений со стороны Разумовой. Деятельность ДК теперь проверит общественность и местные депутаты, а на время проверки начальница дома культуры ушла в очередной отпуск.

Наконец, жители энгельсского поселка «Парк Хаус» остались на днях без света. И тоже пообещали в случае, если ситуация не изменится, объявить голодовку.

«Репортер» обратился за комментарием к директору Института политики, права и социального развития МГГУ им. М.А. Шолохова, кандидату исторических наук, доценту кафедры политологии Владимиру Шаповалову.

- Владимир Леонидович, сегодня в Саратовской области на кону выборы губернатора и депутатов облдумы. Понятно, что любое социальное напряжение в этой связи необходимо снимать немедленно. И все же почему именно голодовки снова вошли в моду? Не кажется ли вам, что мы возвращаемся в 90-е, когда голодовки и перекрывания трасс были самым действенным способом борьбы различных социальных слоев за свои интересы?

- Я думаю, что аналогия с 90-ми годами тут не совсем уместна. Для 90-х, действительно, был характерен глубокий социально-экономический кризис, с распадом всех производственных цепочек, с невыплатой зарплат и социальных пособий и прочего. И самое главное – государство и на местном, и на федеральном уровнях, действительно, крайне мало обращало внимания на проявления социального протеста. В таких условиях голодовка воспринималась как чуть ли не единственно адекватная форма противодействия социальным бедствиям и как единственная возможность достучаться до власть предержащих.

Сегодня ситуация у нас несколько иная. Мы живем в условиях политической и социально-экономической стабильности. Конечно, наблюдаются кризисные явления, но, во-первых, мы из кризиса все-таки выходим, а во-вторых, ни сам кризис, ни факт выхода из него не являются факторами, определяющими социально-экономическую проблематику.

Так что сегодня такие формы протеста, как голодовка, выглядят, я бы сказал, весьма экзотично. Корень проблемы следует искать в предвыборной конъюнктуре. Во-первых, в сентябре 2017 года пройдут региональные выборы. Во-вторых, эти выборы следует рассматривать в контексте предстоящих в марте 2018 года выборов президента. Не подлежит сомнению, что сентябрьские выборы станут, по сути, стартом президентской предвыборной кампании.

И в этой ситуации мы являемся свидетелями того, как многие политические силы и группировки пытаются использовать сложившуюся конъюнктуру для того, чтобы манипулировать действиями власти и добиваться от нее тех или иных решений в свою пользу. Властям же обоих уровней – регионального и федерального – этот предвыборный цикл, похоже, дастся с большим трудом: надо будет максимально сдерживаться, чтобы не реагировать на те или иные формы социального протеста, а по сути – на попытки манипулирования собой.

В общем, при безусловном наличии проблем и необходимости эти проблемы решать, что, к примеру, показала недавно прошедшая прямая линия президента Владимира Путина с населением, каждый конфликт необходимо тщательно анализировать и понимать, что в предвыборном азарте многие силы будут пытаться использовать ситуацию в своих интересах.

Что касается голодовки как формы социального протеста, сегодня она используется все активнее в разных регионах страны. Форма эта, повторю, достаточно экзотична и, по большому счету, не нужна, поскольку, с моей точки зрения, она акцентирует внимание на проблеме не столько региональных, сколько федеральных властей, что делает социальный протест всего лишь элементом информационной повестки дня.

- Как по-вашему, есть у наших сограждан шансы быть услышанными властью в другое, не предвыборное время? Есть ли в современной России иные способы воздействия на власть?

- Я думаю, что здесь речь идет не столько о гражданах (хотя они, безусловно, осознают это, поскольку живут в информационно открытом, демократическом обществе, в котором информация о выборах распространяется быстро и во всех направлениях), а о тех или иных группах интересов, которые могут стоять за подобными действиями протестующих. Это могут быть политические партии или даже отдельные политики, для которых выливающийся в подобные формы социально-экономический протест может стать инструментом борьбы за свои интересы.

Прежде всего, следует подчеркнуть, что предвыборный ажиотаж у нас в стране, по сути, не заканчивается никогда – россияне каждый день кого-нибудь куда-нибудь выбирают. И именно выборы являются для власти наиболее важным сигналом о том, в верном ли направлении она действует. Но и помимо выборов, в России в настоящее время существует немало каналов коммуникации, которые позволяют гражданам «достучаться до небес». Это различные системы приема мнений граждан – те же, например, прямые линии, подобные недавно состоявшейся президентской, общественные приемные различных представителей власти. На региональном уровне это могут быть различные, прямые или опосредованные, формы участия граждан в процессах самоуправления: гражданские собрания и сходы, правотворческие инициативы населения, референдумы и так далее. Я хочу сказать, что в настоящее время в России создана достаточно разветвленная система учета мнений граждан, предполагающая существование их активной гражданской позиции и возможность ее высказывания. Граждане могут быть услышаны, если только они действительно заинтересованы в той или иной теме, если они сумеют обозначить свои интересы в том или ином виде – онлайн ли, или путем продвижения своих инициатив на месте.

Хочу также отметить, что Интернет-ресурсы, наподобие change.org, являются сегодня более чем эффективным механизмом этого продвижения. Они легко доступны всем желающим, и позволяют моментально превратить любую проблему в информационный повод.

- Протестные движения власть пресекает. Но как пресечь голодовку? Не подсуетится ли Госдума с соответствующим запретом на отказ от приема пищи вкупе с экономическими требованиями?

- Насколько я знаю, в настоящее время формальных механизмов воздействия на голодовку как метод социально-экономического протеста нет – в законодательстве они, во всяком случае, не прописаны. Но речь тут должна идти не о том, чтобы государство в той или иной форме пресекало подобные действия, а о том, чтобы докопаться до корня проблемы, до того, что на самом деле заставляет граждан прибегать к таким экстравагантным формам разговора с властями. Конечно, любую подобную акцию нужно тщательно анализировать, особенно в плане выяснения ее причин.

Так называемые превентивные меры для любого правительства, любого представителя власти являются наилучшими. Но, говоря о превентивных мерах, я как раз имею в виду тщательный анализ социально-экономических проблем и причин, которые могут побудить граждан на различные протестные акции. Такой анализ, такие превентивные действия являются, на мой взгляд, неотъемлемой частью всякого процесса государственного управления – анализ ситуации, выявление проблемных точек и работа с ними. И в этой связи любые конфликты и протесты являются свидетельством того, что в данном субъекте федерации, на данной территории далеко не все в порядке – есть очаги социально-экономической напряженности, которые необходимо регулярно гасить.

Андрей АПАЛИН